Статистика

Грабли 90-х: К разработке Нацпрограммы для Дальнего Востока привлечены «импортные» специалисты.

Минвостокразвития России в качестве консультанта по разработке Национальной программы развития Дальнего Востока зачем-то пригласило иностранную компанию

В то время, когда президент России отстаивает везде суверенитет страны, руководители Министерства развития Дальнего Востока, собрав чиновников субъектов федерации округа, приглашают иностранных специалистов, чтобы те их научили как нужно разрабатывать Национальную программу развития своего макрорегиона. Будто никто им в детстве не читал сказку о глупом мышонке: «Приходи к нам, тетя кошка, нашу детку покачать».

На 4-м Восточном экономическом форуме Президент России Владимир ПУТИН поставил задачу разработать Национальную программу развития Дальнего Востока на период до 2025 года, «которая бы объединяла мероприятия наших национальных проектов, госпрограмм и долгосрочные планы ведомств и инфраструктурных компаний, стратегии развития всех дальневосточных регионов». Задача — запредельно непростая, потому что появилось такое количество документов, которые увязать вместе просто немыслимо. Почему их так много — отдельная тема, в данном случае важно, что велик риск пополнить еще одним документом бесконечный ряд несостоявшихся обещаний.

Чужие здесь еще как ходят

Минвостокразвития России, отвечающий за разработку программы, наметил в ней два направления: социальное и экономическое. Каждое возглавляет заместитель министра. К работе подключилось федеральное автономное научное учреждение «Восточный центр государственного планирования» (ФАНУ Востокгосплан), главная задача которого — «научно-методическое обеспечение реализации государственной национальной политики в Дальневосточном федеральном округе Российской Федерации». Востокгосплан сделал ставку на региональный интеллектуальный потенциал, пригласив в октябре-ноябре 2018 г. в Хабаровск группу экспертов из всех субъектов федерации Дальнего Востока. По итогам подготовлен социальный раздел Предложений в проект Национальной программы. Минвостокразвития призвал дальневосточников внести свои предложения в Программу, люди откликнулись, на сайте висит немало интересных идей. Кроме того, майским (2018 г.) Указом Президента России федеральные министерства при разработке Национальных проектов должны выделить дальневосточные разделы. То есть ощущение, что вся страна включилась в работу над Национальной программой развития Дальнего Востока, будут максимально учтены все запросы, отлажены механизмы реализации, проекты будут обеспечены финансовыми ресурсами, а главное — будет достигнут желаемый результат.

А недоумение возникло, когда появилась информация о том, что по инициативе Минвостокразвития в начале февраля для глав субъектов федерации и руководителей подразделений администраций проводится одна из трех запланированных стратегических сессий по разработке планов ускорения экономического роста регионов Дальнего Востока, в рамках которой будут выработаны предложения для Национальной программы. То, что без участия специалистов, которые каждый день сталкиваются с проблемами своих регионов, разработка такого документа просто немыслима, спору нет. Но настораживает обращение за помощью к представителям международной аудиторской компании «Эрнст и Янг» в качестве консультантов. Напомним, ООО «Эрнст энд Янг — бизнес консультирование» — одна из шести «дочек» глобальной сети Ernst & Young Global Limited (EYG) на территории России. Возможно, министерские работники, приглашая консультантов, руководствовались тем, что они обладают неким исключительным знанием о том, как совершить прорыв, обеспечить опережающее развитие, или разглядели в нашей экономике такие точки роста, которых мы сами пока не увидели. А может, министерские исходили из привычной формулы об отсутствии в своем отечестве пророков, и, не заморачиваясь, обратились к мировым авторитетам, вдруг они откроют нам глаза на то, какой должна быть Национальная программа.

Что же такого исключительного принесли с собой приглашенные консультанты? – Они добросовестно отработали, познакомив слушателей с мировым опытом реализации стратегий экономического роста; продемонстрировали мультипликативные эффекты от реализации проекта; научили, как инвесторы отбирают проекты, как взаимодействовать с инвесторами и налаживать эффективный диалог; ну и еще прошлись по реализации мега-проектов, определению целевых показателей региона и инструментам для их достижения. В течение трех дней чиновники получали довольно общую информацию, которая, с одной стороны, находится в открытом доступе, а с другой – является предметом обсуждения в студенческой аудитории ДВФУ. Когда же консультанты пытались говорить о регионе, они демонстрировали очень приблизительное понимание ситуации на Дальнем Востоке и абсолютное незнание особенностей российской региональной статистики: рассуждения о регионе на уровне курсовой «на троечку», а рекомендации в части экономического анализа – незнание российских реалий. Так, предлагая рассматривать в качестве базы итоги 2018 года, в том числе по валовому региональному продукту, данные, которые будут известны не раньше марта-апреля 2020 года. Такое впечатление, что консультантов на машине времени занесло лет на двадцать назад, а слушателям ничего не ведомо о мировой информационной сети, никто не имеет понятия о бизнес-планировании, не участвовал в разработке стратегических документов.

От советов часто волосы дыбом

Через Дальний Восток за последние почти три десятилетия прошло немало советчиков, и сегодня их хватает. И удивительное дело. К этим советам прислушиваются, их зачастую воспринимают как откровение. Один из «свежих» импортных советов — по поводу выноса нефтебазы из центра Владивостока. Возможно, не все помнят, что этот вопрос впервые поднимался в далеких 80-х годах прошлого века, и много раз потом. Но теперь японцы обратили на это внимание, что обрело некую новизну. Или рекомендации в «обоснование» эффективности международного транспортного коридора «Приморье-2», когда компания McKinsey рисовала фантастические объемы перевалки грузов, или расчеты по финансово-экономическому обоснованию Северного морского пути. Таких примеров можно приводить довольно много.

Но от подобных предложений, когда речь идет о решении стратегических вопросов, можно вежливо отказаться. А как быть с доморощенными консультантами, интеллекта которых порой хватает только на то, чтобы отдаться кому-либо, чтобы для нас и за нас сделали что-то. Так, в рамках упомянутой стратегической сессии ФАНУ «Востокгосплан» была предложена идея «Имплантация институциональных режимов Тихоокеанского региона», — эксперимент по внедрению институциональных режимов отдельных стран АТР на ограниченных территориях Дальнего Востока, находящихся в ведении управляющих компаний – представителей стран АТР. А нашему Министерству останется только оценивать эффективность результатов экспериментов и «имплантировать» наилучшие практики на территории Дальнего Востока. То есть идея в том, чтобы жители экспериментальных территорий отказались от использования норм российского права в пользу более подходящих правовых режимов – китайского, корейского или японского (http://ruvek.ru/?module=articles&action=view&id=11298). Забыли только авторы идеи, что для реализации этих режимов потребуется завезти еще и китайцев, корейцев и японцев, а нам-то куда?

Прошу понять меня правильно, это не призыв к самоизоляции, хотя курс на импортозамещение не я придумал, и происходит это не от хорошей жизни. Изучать международный опыт, искать и внедрять новейшие технологии обязательно нужно. Но для начала хорошо бы самим определиться, чего мы хотим, какое будущее видим для себя и своих потомков. Это большая тема, о ней скороговоркой не проговоришь, о том, какое общество строим: капиталистическое или социальное; в какой экономической системе живем: рыночной или плановой; что главное в развитии Дальнего Востока: сырье или индустриализация, — эти вопросы остаются открытыми, а без этого и Национальная программа может быть сведена к деньгам и новым организационным структурам. — «Дальний Восток — приоритет на весь 21 век» — отличный вектор развития, но смысл может быть понят по-разному. С одной стороны, в нем исторический шанс России вырваться за пределы сомнительных двух процентов роста экономики, сконцентрировав ресурсы страны для того, чтобы через Дальний Восток выйти в Азиатско-Тихоокеанский регион, но не скромными поставщиками углеводородов, а как ведущая мировая держава в области освоения космоса, мирового океана, носитель высокой духовной культуры. С другой, о несырьевом секторе экономики больше разговоров и мало политической воли. Потому что реально все подчинено курсу на то, чтобы до конца столетия успеть распродать по максимуму доступные природные ресурсы региона.

И именно такое направление готовы поддерживать и поощрять наши «консультанты»: верной дорогой идете… Вместо посиделок с заезжими гастролерами, проводимых по случаю, нужно создать постоянно действующую площадку, пусть то на базе Востокгосплана, или Дальневосточного федерального университета, или Академии наук. Может, несколько таких площадок, где представители власти, бизнеса, экспертного сообщества, населения могли бы обсуждать и предлагать решения перспективных задач, включая предложения в Национальную программу.

Советчиков гонят взашей

К слову сказать, китайцы еще в 2014 году на законодательном уровне запретили использование американских консультантов для подготовки стратегических документов, или наша Национальная программа не относится к разряду таковых? А может, на Дальнем Востоке не осталось объектов Министерства обороны России, и закрылись последние предприятия оборонно-промышленного комплекса, или то, что осталось — не существенно для экономики макрорегиона? А ведь Президент России говорил именно о Программе, т. е. о достаточно жестком плановом документе, который должен объединить усилия всех структур, работающих на Дальнем Востоке, независимо от формы собственности и ведомственной принадлежности. Значит, в нем должно найти отражение все, что связано с обеспечением функционирования космодрома Восточный, выполнением гособоронзаказа, обеспечением объектов и подразделений Минобороны России, крупных мегапроектов Сахалина и Якутии, Приморья и Хабаровского края. То есть, это не только проекты, которыми хотят облагодетельствовать нас инвесторы, став резидентами территорий опережающего развития или свободного порта, цель и стратегия которых просты: за счет государственной «халявы» минимизировать свои издержки. Остается только понять, вписываются ли эти инвестиции в национальную стратегию.

Несомненно, проблемы и беды каждого жителя Дальнего Востока и их решение в рамках Национальной программы чрезвычайно важны. Но не теряет актуальности ленинская фраза «кто берется за частные вопросы без предварительного решения общих, тот неминуемо будет на каждом шагу бессознательно для себя «натыкаться» на эти общие вопросы». И понятно, что без синхронизации развития транспортной, энергетической и социальной инфраструктуры с реализацией крупных проектов вряд ли получится сколько-нибудь заметно улучшить жизнь населения в регионе.

Еще более масштабный вопрос – это интеграционное взаимодействие со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. Передовую позицию этого взаимодействия обеспечивает Дальний Восток. Но вопрос: встраиваемся в арьергарде уже сложившихся международных альянсов и выполняем функцию сырьевого придатка: уголь, лес, нефть, газ, рыба, или все же мы делаем ставку на виды деятельности, в которых заинтересованы многие азиатские страны, и где наш авторитет неоспорим, а значит — есть возможность занять лидерские позиции. От этого выбора зависит и содержание Национальной программы, и результаты, к которым она приведет. Точно сформулированная долгосрочная цель и утвержденный план ее достижения являются основанием для оценки тактических решений и действий, которые часто принимаются в зависимости от ситуации, насколько сегодняшние решения совпадают, или насколько отклоняются от стратегического вектора. Важно, чтобы неожиданные события не стали главным содержанием управленческой деятельности.

И понятна, с этих позиций, актуальность решения задачи встраивания предприятий Дальнего Востока в глобальные цепочки добавленной стоимости, реализации инфраструктурных мегапроектов: энергетического кольца Китай — Корея — Япония — Россия, развития торгового судоходства, международных транспортных коридоров, приграничных совместных зон развития, круизного и других многосторонних форм туризма, различных международных мероприятий в гуманитарной сфере (наука, образование, спорт и т.д.). Это и станет наполнением содержания всего, что связано с освоением Мирового океана, освоением космического пространства и культурного взаимодействия. Российские проекты конкурируют с проектами в Азиатско-Тихоокеанском регионе именно тех стран, консалтинговые компаний которых привлекаются для разработки Национальной (российской, а не американской или английской) программы развития Дальнего Востока.

Юрий АВДЕЕВ, ведущий научный сотрудник Тихоокеанского института географии Дальневосточного отделения Российской академии наук, кандидат экономических наук.

КСТАТИ

Стратегии развития требуются фрезеровщики

Определен перечень профессий, обладатели которых могут выбрать Владивосток для участия в программе переселения соотечественников из-за рубежа. Список включает 39 специальностей, востребованных на регистрируемом рынке труда городского округа.

Как сообщили в департаменте труда и социального развития Приморского края, во Владивостоке ждут работников для учреждений образования и здравоохранения, инженеров для разных отраслей. «Из представителей рабочих специальностей требуются слесаря, токари, стропальщики, фрезеровщики, электрики и электрогазосварщики, операторы связи и огранщики», — уточняют в ведомстве.

Как и в других муниципалитетах, являющихся территорией вселения, участники программы и их семьи могут получать матпомощь, определенные льготы, а также могут в ускоренном порядке получить гражданство Российской Федерации.

Газета «Золотой Рог», Владивосток.

НАШИ ПАРТНЕРЫ
ZRP_logo_final
МИРОВОЕ ВРЕМЯ
  • CET: 2019-03-21 04:59
  • MSK: 2019-03-21 06:59
  • +10: 2019-03-21 13:59
  • IST: 2019-03-21 05:59
  • +08: 2019-03-21 11:59
  • EDT: 2019-03-20 23:59